Точки опоры Хмельницкой

У нее обаятельный смех, легкий и заразительный. Алена Хмельницкая совсем не похожа на «женщину на грани нервного срыва», пережившую не так давно личную трагедию — развод с супругом, режиссером Тиграном Кеосаяном. О том, как живется ей сегодня — из первых уст. — Алена, как проходит ваш день, когда никуда не надо спешить? Таких дней бывает даже больше, чем тех, когда надо куда-то бежать. Знаю, что часто представление об артистах иное. Действительно, среди моих коллег есть такие, которые перемещаются из проекта в проект. К счастью или к сожалению (в каждом случае -свои «плюсы» и «минусы») я к ним не принадлежу. Мне есть чем заниматься: младшей дочери Ксюше всего четыре года. — В одном из интервью вы сказали, что когда много работы, вы сами замечаете, что успеваете больше. А когда нет — ленитесь. Анализировали это? Просто, когда много работы, нет времени лениться, и ты становишься более организованным. Атак как я человек по жизни не очень дисциплинированный, мне нужна мотивация. Если есть задача, цель — я все могу. А когда графика четкого нет, садиться и что-то планировать не очень получается. Но лениться, если есть возможность, тоже иногда надо. — Как изменило вас рождение Ксюши? Все стало по-другому. К моменту ее появления на свет Далее …

История одного развода

Три года назад — Ну почему так не везет?! — в ее голосе столько отчаяния, что, кажется, оно заполняет мой кабинет психолога. — Почему Маринка с мужем стометровую квартиру купили, а я живу в тесноте?! Почему Наташка со своим по заграницам отдыхают, а я на даче торчу?! А мой ни квартиру нормальную не может купить, ни в отпуск отправить! Еще и попрекает, что слишком много трачу! Вспомнил, что я не работаю! А когда мне работать, я ж только и делаю, что убираюсь и готовлю, осточертело уже. И ведь никакой благодарности. Придет с работы, развалится на диване, телевизор включит и сидит весь вечер, только и слышно: «Подай-принеси»… Насмотрится сериалов, ужин съест и спасибо даже не скажет. А я полдня у плиты стояла, чтобы ему вкусно было. Он даже не замечает, что ест — весь в телевизоре этом проклятом. Она горько расплакалась. Пытается что-то сказать, но рыдания как будто душат, не дают вырваться злым словам… * Чуть успокоившись, говорит: — Мне кажется, что у него кто-то есть. Он приходит поздно, и совсем со мной не разговаривает. И близости между нами уже несколько месяцев нет… Я спрашиваю, а он молчит. Молчит и смотрит телевизор. Она снова плачет. — Если он уйдет, просто умру! Далее …